Глава Digital Asset: крипторынок переоценивает «пустые оболочки» в пользу реальных бизнес-моделей

Распрадажа на крипторынке, по словам Юваля Руза, заставляет индустрию переосмыслить подход и отдавать предпочтение блокчейнам с реальными бизнес-моделями, где ценность достается держателям токенов и пользователям, а не посредникам или спекулятивным потокам.

Руз — сооснователь и CEO компании Digital Asset, разработчика ориентированной на институциональных клиентов сети Canton Network с повышенной приватностью. В интервью dc.finance он заявил, что не обеспокоен состоянием рынка и что волатильность не отпугнула его ключевую аудиторию.

В качестве примеров того, к чему сейчас тяготеют инвесторы, он назвал Canton Network и деривативную биржу Hyperliquid.

За последний месяц криптовалюта, связанная с Canton Network, прибавила 25%, а токен Hyperliquid (HYPE) вырос на 28% — по данным CoinGecko.

«Люди начинают понимать, что все крипто-нарративы были пустыми оболочками», — сказал Руз.

Мосты, комиссии и «анонимные» монеты

По мнению Руза, для институциональных игроков ключевыми факторами становятся архитектура сети и дизайн токена. В публичных блокчейнах, отметил он, связь с другими сетями часто обеспечивается через мосты.

«Мосты по своей сути не являются интероперабельностью», — подчеркнул он.

Мосты переводят активы между блокчейнами, блокируя их в исходной сети и выпуская эквивалентные по стоимости токены в целевой. Поскольку активы остаются заблокированными в смарт-контракте, такие механизмы часто становятся целью атак.

Растущая зависимость от мостов привлекает и внимание регуляторов — не только из-за рисков безопасности, но и из-за того, что они могут затруднять отслеживание потоков транзакций.

Компания по блокчейн-безопасности Elliptic оценила, что в 2025 году через децентрализованные биржи, кроссчейн-мосты и сервисы обмена прошло как минимум $21,8 млрд незаконных или высокорисковых криптопотоков.

Подобная инфраструктура все чаще воспринимается регуляторами как источник системных рисков, особенно в сочетании с инструментами приватности, ограничивающими прозрачность. Регуляторы, добавил Руз, также все более настороженно относятся к тому, что он назвал «монетами анонимности».

Руз заявил, что таким институциональным клиентам, как Depository Trust & Clearing Corporation и Euroclear, нужны приватность, интероперабельность без мостов и предсказуемые расходы, и что универсальные публичные сети не способны обеспечить все три параметра одновременно.

Публичные сети и институциональные продукты

Несмотря на эти заявления, ряд крупных управляющих компаний уже выпускают токенизированные продукты в Ethereum и других публичных универсальных сетях.

Первый токенизированный фонд BlackRock — USD Institutional Digital Liquidity Fund (BUIDL) — стартовал в Ethereum в 2024 году и позже был интегрирован и с другими сетями.

Franklin Templeton также токенизировала фонд денежного рынка США на публичных блокчейнах Polygon и Stellar, где токены BENJI отражают бенефициарные права в фонде.

Банки тоже тестируют публичные сети параллельно с разрешенными (permissioned) решениями, а не рассматривают их как взаимоисключающие. Так, JPMorgan в ноябре 2025 года задействовал JPM Coin в сети Base для институциональных клиентов и объявил о планах в 2026 году нативно перенести USD JPM Coin (JPMD) в Canton Network.

«Они приносят стейблкоины в Canton, и мы этому очень рады», — сказал Руз. Он добавил, что клиенты начинают смотреть на стейблкоины «почти как на залог», оценивая риск конкретного инструмента перед выбором способа расчетов — от USDC и USDt до JPM Coin или других банковских стейблкоинов.